16 мая 1990
3814

Исаков В. Б.: Первый съезд народных депутатов РСФСР

Ключевым событием года, узлом политических интриг, конфликтов и противоречий, во многом предопределивших дальнейшее развитие событий, стал 1 Съезд народных депутатов РСФСР, открывшийся в Кремле 16 мая 1990 года.

Встреча в ЦК КПСС

Понимая значение первого Съезда и остроту предстоящей на нем борьбы, союзные и российские власти сделали все, чтобы взять его под свой контроль.

12 мая в ЦК КПСС состоялось совещание с народными депутатами РСФСР, на которое были приглашены депутаты-коммунисты и участники подготовительного совещания.

Встреча началась с неловкости: депутатов-беспартийных, которые пришли вместе с нами, в здание ЦК не пропустили. Увидев Вадима Медведева, секретаря ЦК КПСС, я сказал ему, что произошло, по-видимому, недоразумение: в информации было сказано, что приглашаются все участники подготовительного совещания. Он пообещал распорядиться, чтобы пропустили всех, но не сделал этого, а может не сумел, и наши беспартийные коллеги так и остались на улице. Разумеется, это сразу испортило настроение встречи - подчеркнуло высокомерие тогдашнего руководства, его неуважительное отношение к депутатскому корпусу России.

В малом зале ЦК КПСС собралось около двухсот депутатов и работников аппарата. Откуда-то из-за кулис гуськом вышли члены Политбюро и начали рассаживаться в президиуме. Первым слово взял М.Горбачев.

Съезд это не продолжение митинга - сказал Горбачев, - и нельзя превращать его в политическую игру. Россию хотят запутать, а именно от ее позиции зависит сегодня судьба перестройки. Заработную плату административно-управленческому аппарату (решение об этом было принято накануне) повысили правильно, это позволит привлекать в аппарат квалифицированных людей. Затем он резко отозвался о демонстрации 1 мая в Москве, на которой демонстранты несли несколько остро критических лозунгов, назвав ее "антисоветской вылазкой". Осудил "популистов", но в общем виде, не называя фамилий.

В завершение довольно рыхлого, похожего на экспромт выступления Горбачев сказал несколько добрых слов об Урале, где он незадолго до этого побывал. Отметил, в частности, что Свердловская область по промышленному производству занимает 2-3 место в СССР, а по социальным показателям далеко позади. Перекос надо ликвидировать и он как Президент СССР будет этим заниматься.

После него очень долго с ненужными подробностями докладывал о повестке дня съезда В.Воротников и, наконец, началось обсуждение кандидатов на пост Председателя Верховного Совета РСФСР.

Я получил слово одним из первых. Сначала говорил о союзной программе законотворчества: неясно как союзные законы будут соотноситься с республиканскими. Характер правотворчества союзных органов сегодня таков, что нам остается лишь "докручивать гайки" на общесоюзных правовых актах. Сказал, что в "митинговой волне" во многом виновато само союзное руководство: давно пора принять законы о митингах, партиях, общественных организациях. Да и политическую игру на съезде можно было бы свести к минимуму за счет хорошей подготовки, на которую, как всегда, не хватило времени.

В конце я предложил кандидатуру Б.Ельцина на пост Председателя Верховного Совета РСФСР: за него проголосовало на выборах 84 процента свердловчан, люди верят ему и связывают с ним свои надежды на перемены к лучшему. Зал зашумел. Мое предложение не понравилось.

В самом конце я задал Горбачеву вопрос: выступая в Ленинграде по телевидению, Ельцин сказал, что, несмотря на сложные отношения с Президентом СССР, он готов в случае своего избрания пройти свою половину пути. Готов ли пройти свою половину Президент СССР?

Конечно, по тогдашним меркам (да и по нынешним) это было наглостью и большинство следующих ораторов обрушились на меня с критикой. В числе других получил слово председатель Свердловского областного Совета народных депутатов В.М.Власов. Он заявил, что моя позиция не выражает точку зрения свердловчан и дал Б.Ельцину отрицательную характеристику: "Я с ним работал и знаю, что Ельцин - слабый руководитель". В свою очередь, он предложил на пост Председателя Верховного Совета РСФСР тогдашнего председателя Совета Министров РСФСР А.В.Власова.

Подводя итог встречи, М.Горбачев сказал, что в ЦК КПСС обсуждались самые разные кандидатуры и наиболее достойным признали именно А.В.Власова. Кандидатуру Ельцина они не рассматривали. Разумеется, ответа на свой вопрос я так и не дождался.

Бастион консерватизма

Перед началом съезда, подготовив по какому-то вопросу депутатский запрос, я для ускорения решил лично отвезти его в официальную резиденцию правительства и Верховного Совета РСФСР - в Дом Советов на Краснопресненской набережной.

Белоснежное здание Дома Советов широко раскинуло крылья на стыке Калининского и Кутузовского проспектов столицы. Огромные холлы, роскошные лестницы, застеленные ковровыми дорожками, километровые паркетные коридоры... и везде абсолютно пусто! Тенью прошмыгнет работник аппарата, осторожно щелкнет дверью - и вновь тишина и безлюдье. Дым от сигареты одинокого посетителя пластами завис в неколеблемом воздухе. Сонное царство...

Поднявшись в лифте на пятый правительственный этаж, оказался в каменном "мешке". Все двери наглухо закрыты: предосторожность от нежелательных посетителей. Спускаюсь обратно и все же нахожу дорогу в нужный кабинет. Секретарша объявляет: начальник занят. Двумя пальчиками принимает подготовленный мной депутатский запрос: "Ответ пришлют. Ждите..."

Подготовительное совещание

14 мая состоялось давно обещанное подготовительное совещание перед съездом. Я участвовал в нем как представитель депутатов от Свердловской области.

Совещание началось напряженно, с конфронтации и взаимного недоверия. Даже в самых простых вопросах искали какой-то подвох. Однако постепенно атмосфера "разморозилась": к концу дня мы если не подружились, то все же начали находить общий язык и не бросались друг на друга по каждому вопросу.

Вел совещание В.Воротников - очень нечетко, смешивая разные вопросы, путался сам и запутывал других. Чувствовалось, что руководить людьми активными, "зубастыми", умеющими отстаивать свою позицию, он не умеет. Не та школа.

Обсуждалась в основном повестка дня. При этом столкнулись два подхода: официальные организаторы съезда - правительство и президиум Верховного Совета РСФСР - видели съезд как чисто "организационное" мероприятие: собрались, избрали Верховный Совет, председателя Верховного Совета, правительство - и разъехались до следующего съезда. Никаких широких дискуссий они не хотели и не закладывали в свой вариант повестки дня.

Депутаты, представлявшие демократически настроенную интеллигенцию, напротив, предполагали заслушать и обсудить отчет правительства, дать ему оценку, провести широкую дискуссию об экономическом и политическом положении в республике, мерах по выходу из кризисной ситуации и только после этого - подойти к решению кадровых вопросов. Соответственно, они совершенно иначе выстраивали свой вариант повестки.

На подготовительном совещании этот конфликт так и не разрешили. Единственное, чего удалось добиться - вопрос о приведении Конституции РСФСР в соответствие с Конституцией СССР был записан в более широкой формулировке: "Об изменении Конституции РСФСР". Противоречие впоследствии разрешила сама жизнь: в ходе голосования на съезде была принята за основу повестка, предложенная "демократическим" меньшинством.

Уже на подготовительном совещании ярко засверкали будущие политические "звезды" - С.Бабурин, Г.Саенко, М.Астафьев, М.Челноков... Одной из ярких фигур на этих встречах был и С.Шахрай. Он активно участвовал в обсуждении повестки, механизма формирования Верховного Совета, поправок к Конституции, подготовил проект регламента. В аналитической записке "Каким быть первому Съезду народных депутатов РСФСР?", распространенной среди депутатов, С.Шахрай писал:

"В руках Председателя Верховного Совета в полном соответствии с действующей Конституцией РСФСР сконцентрируется огромная власть. Он единолично будет определять кандидатуры на все высшие должности в республике... В условиях отсутствия реальной многопартийной системы, независимой прессы, элементарной правовой культуры столь значительное сосредоточение власти в руках одного человека недопустимо."

Кто бы мог подумать, что именно Шахрай станет впоследствии самым яростным сторонником и проводником усиления единоличной власти Председателя Верховного Совета и Президента РСФСР?

Символ перемен

Первый Съезд народных депутатов РСФСР открылся в Большом Кремлевском Дворце - втором по величине зале Кремля, в котором традиционно проводились торжественные заседания и сессии Верховного Совета РСФСР. Рассчитанный на парадные заседания, этот вытянутый в длину зал совершенно не подходил для практической работы: из последних рядов не видно президиума, правда, из президиума тоже не видно, чем заняты в последних рядах. Шесть микрофонов, установленных по требованию депутатов в проходах, время от времени превращали съезд в бурный неорганизованный митинг.

По действовавшей в то время Конституции первое заседание съезда открыл и вел председатель Центральной избирательной комиссии. Эта тяжкая доля выпала на долю Василия Ивановича Казакова. Растерянный и распаренный, с непроизвольной судорогой на лице, он пытался править бушующим депутатским морем. Ох, тяжела ты, доля парламентского спикера, не каждому ты по плечу!

На съезде я сидел в составе свердловской делегации практически рядом с Ельциным и с интересом наблюдал за своим знаменитым соседом. Ельцин тогда активно эксплуатировал тему борьбы с номенклатурными привилегиями и потому приезжал в Кремль на видавшем виды серебристом "Москвиче", принадлежавшем его зятю. На заседаниях он сидел молча - тщательно причесанный, в безупречно отглаженном костюме, благоухающий дорогим одеколоном - и почти неподвижно, не меняя позы. Сначала я принял это за высшую степень дипломатической вышколенности, но, задав два-три вопроса, убедился, что Ельцин не вслушивался в то, что говорилось с трибуны. Кипящая вокруг жизнь мало занимала его мысли...

Знаменосец суверенитета

Первой внушительной победой Ельцина и его сторонников на съезде стало включение в повестку дня вопроса о государственном суверенитете РСФСР. Я относился к этой проблеме двояко: понимал, что в ней выразились и обрели юридическую форму идеи переустройства союзной Федерации на новых демократических началах, преодоления консерватизма и бюрократизма, справедливости, эффективной экономической реформы. В идее "суверенитета" материализовались мечты и надежды общества, освобождающегося от остатков и пережитков тоталитарной системы.

Но, с другой стороны, сверлила мысль: можно представить себе суверенитет и независимость Литвы, Грузии или Молдавии. Выйдет одна их них, да хотя бы и все вместе, - Союз сохранится. Но что же будет, если из Союза выйдет Россия? От Союза ничего не останется. Весь мир объединяется, интегрируется, а мы - начнем делиться? Поэтому - успокаивал я себя - идея "суверенитета" - просто политический лозунг, средство давления на союзный центр с целью добиться большей самостоятельности России. До реального выхода из Союза дело не дойдет...

С официальным докладом о суверенитете России выступил председатель президиума Верховного Совета В.И.Воротников. Не хотелось бы походя, в двух-трех словах, давать оценку этому человеку. Из воспоминаний современников, мемуарной литературы, вырисовывается образ крупного государственного деятеля, человека убежденного, принципиального и честного. Но в описываемый период мы застали уже излет его политической карьеры.

Доклад Воротникова был построен по принципу "Да, но..." С одной стороны, признавались потеря инициативы, глубокие деформации во взаимоотношениях России с другими республиками и с союзным руководством. Но, с другой стороны, "необходимо укреплять Союз", "дать отпор тем, кто пытается его ослабить". Через весь доклад Воротникова шла интонация жалостливого оправдания: "Иногда мы боролись за интересы России. Это нередко трактовалось как посягательство на единство, на весь сложный баланс межреспубликанских отношений и отношений республик с центром. Как же вам помогать, не раз убеждали нас, когда чуть отколи у Российской Федерации - и все другие довольны, а вам дай - сразу же недовольство со всех сторон: обделили! Так вот и жали на нашу, с позволения сказать, сознательность..."

Согласитесь, трудно рассчитывать, что такой доклад вызовет сочувствие. Добавьте к этому устарелую риторику конца 50-х годов, стандартные речевые обороты цековских речеписцев, избегавших не только свежей мысли, но и свежего слова - и станет понятным, почему доклад Воротникова произвел скорее негативное впечатление. Стали требовать выступления Б.Ельцина. Ведущий заюлил, попытался начать обсуждение по заранее составленному списку, но под нарастающим давлением "демократической" части зала вынужден был уступить.

Ельцин выступил превосходно - жестко, ясно, твердо расставляя смысловые акценты:

"Многолетняя имперская политика центра привела к неопределенности нынешнего положения союзных республик, к неясности их прав, обязанностей и ответственности. Прежде всего это относится к России, которая понесла наибольший ущерб от изжившей себя, но все еще цепляющейся за жизнь административно-командной системы.

Нельзя мириться с положением, когда по производительности труда республика находится на первом месте в стране, а по удельному весу расходов на социальные нужды - на последнем, пятнадцатом. Единодушное голосование депутатов по включению осуждаемого вопроса в повестку дня говорит о том, что всем нам до предела ясно: один из важнейших тактических путей выхода из кризиса - обеспечение реального народовластия в России. Средством достижения этой цели является обеспечение реального суверенитета России, равной среди равных союзных республик..."

Далее он по пунктам изложил свое понимание суверенитета республики, показал его основные составляющие. На фоне вялого, невыразительного доклада Воротникова выступление Ельцина прозвучало эффектно, вызвало бурные аплодисменты. Стало ясно, что идея суверенитета обрела своего знаменосца, а "демократическая" часть депутатского корпуса - признанного лидера.

Выборы председателя

Наконец, спустя неделю после открытия, съезд подошел к ключевому вопросу повестки дня - выборам председателя Верховного Совета РСФСР. Депутаты через микрофоны выдвинули полтора десятка кандидатов, но все понимали, что реальная кандидатура одна - Ельцин. Практически беспрерывно вокруг него дежурили фото- и телекорреспонденты, ловя в объективы взгляд, жест. Каждый перерыв и даже проход по Кремлю после заседания превращались в импровизированную пресс-конференцию.

Когда начались выступления кандидатов на пост Председателя Верховного Совета, Ельцин напрягся, напружинился - в бойцовских качествах ему не откажешь - выступил и вновь сумел покорить зал. Отдельные фрагменты его выступления и ответы на вопросы имеет смысл напомнить:

Ельцин Б.Н.: Россия больна. И сегодня нам, как никогда, нужна решительная, смелая и главное - опережающая политика, с помощью которой, действуя энергично, можно будет выйти из кризиса. Что для этого нужно сделать? Не ломая систему, строить рядом новое здание, отказываясь на деле от монополии партии на власть, передав власть народу и Советам...

На первом Съезде необходимо решить и такие вопросы: признать недействующими статьи Конституции России, препятствующие радикальным политическим и экономическим изменениям в республике, в том числе связанные с принятием Декларации о суверенитете и Декрете о власти в России. Образовать Комиссию по разработке новой Конституции России, которая должна быть вынесена на всенародный референдум и принята до введения президентства. Провести не позднее мая 1991 года всеобщие прямые и тайные выборы Президента республики, а до этого принять соответствующие законы по президентской форме правления...

Первоочередная задача Российского парламента - предотвратить надвигающийся экономический кризис... Вчерашние предложения (союзного правительства - В.И.), в которых предусмотрены рост цен и переход к рынку в основном за счет народа, - это антинародная политика, Россия не должна ее принимать... Необходимо также незамедлительно начать постепенный переход на мировые цены как внутри страны, так и с зарубежными партнерами...

Переход к рыночным регулируемым ценам на товары народного потребления будет осуществляться, особенно на первом этапе, с минимальными социальными деформациями в обществе, но с гарантией защиты населения от понижения уровня жизни, в первую очередь малоимущих слоев, а через полтора-два года - добиться его роста...

Решение продовольственной проблемы видится в самостоятельности крестьянских хозяйств как в производстве, так и в продаже своей продукции, без чьего бы то ни было вмешательства в их дела, дать, наконец, свободу производителям. А как организовать работу - колхозы, совхозы, аренда, фермерство, - пусть решают они сами...

Новому парламенту России и его руководству, думаю, народ даст кредит доверия на два-три года, именно потому, что он новый. Но не больше. И за это время нужно заметно улучшить положение с продовольствием...

Главное - не уповать на милость Политбюро, Союзного правительства, министерств и ведомств, а дать свободу местным Советам и трудовым коллективам. Задача парламента России - обеспечить этому процессу необходимую правовую основу...

Уважаемые народные депутаты! Я понимаю, насколько неоднозначно в нашем депутатском корпусе отношение ко мне лично. Сложность процессов перестройки заставила меня оценить и важность политического компромисса, умение учитывать различные точки зрения, значимость диалога с различными политическими силами, в ходе которого только и возможно движение к реальному согласию. Я за деловые отношения, диалог, переговоры с Президентом, правительством, но на принципиальной основе, не в ущерб суверенитету, интересам республики.

Сегодня всех нас, депутатов, независимо от того, как его называют - демократ, аппаратчик, центрист, партийный или беспартийный - объединяют общая боль и ответственность. Именно от того, как мы объединимся, как завоюем доверие людей, как принципиально и конструктивно отстоим нашу республиканскую самостоятельность, беря на себя дополнительную ношу от центра, зависит судьба России, судьба каждого человека. Я готов нести всю полноту ответственности и вместе с вами взяться за дело. Спасибо. (Бурные, продолжительные аплодисменты).

Вопрос: Вы с Михаилом Сергеевичем Горбачевым политики одного направления. Как будут строиться Ваши отношения с Президентом в случае Вашего избрания?

Ельцин Б.Н.: Я в конце выступления сказал: отношения должны быть деловые, на принципиальной основе - диалог, переговоры не в ущерб суверенитету, независимости России. Если у меня и было или есть что-то личное, я его отбрасываю. (Аплодисменты).

Вопрос: Ваши действия по выходу из возможного конфликта с Союзным правительством и Президентом СССР?

Ельцин Б.Н.: Я же сказал: путем диалога и переговоров.

Вопрос: Как Вы относитесь к идее особой судьбы России, ее особого предназначения?

Ельцин Б.Н.: Я рассматриваю Россию в составе Союза равной среди равных всех союзных республик в нашей стране. (Аплодисменты).

Вопрос: Если бы не было Октябрьской революции, не было бы и Советской власти. Могли бы Вы тогда достичь таких высоких постов, которых имели и имеете сейчас?

Ельцин Б.Н.: Я как-то никогда не думал, что стану председателем комитета в Думе.

Вопрос: Вы в своем выступлении высказались о верховенстве российских законов над союзными. Не выльется ли это в конфронтацию и конфликты?

Ельцин Б.Н.: Я думаю, нужно сбалансированно подходить к этим вопросам, рассматривать их на уровне конституционных комитетов, руководителей республики, Союза. Надо находить такие точки соприкосновения, чтобы это не шло в ущерб суверенитету, но тем не менее чтобы вопросы решались "мирным путем".

Вопрос: Установилось мнение, что Ваша программа исключает из всей нашей дальнейшей жизни понятие социализма. Как Вы прокомментируете это?

Ельцин Б.Н.: Я считаю, в мире нет как того капитализма, о котором говорили классики, так нет и того социализма, о котором мы говорили. Хотя социализм был разный. Был социализм и развитой, был национал-социализм, был полпотовский социализм. Разного толка был социализм. Я не за тот социализм, который социализм ради социализма. Я за то, чтобы народу жилось хорошо, чтобы народ уважал руководство и верховную власть своей страны, своей республики и, наоборот, верховная власть республики и страны уважительно относилась бы к своему народу. Наверное, мы стоим, судя по нашему уровню, на каких-то подходах к социализму. (Аплодисменты).

Вопрос: В вашем выступлении была фраза: "суверенитет России в составе Союза". Какого Союза - федерации или конфедерации?

Ельцин Б.Н.: Я думаю, что несколько больше, чем федерация - вот такой суверенитет.

Вопрос: В случае Вашего избрания на пост Председателя, сколько, по Вашему мнению, понадобится времени для стабилизации обстановки в республике по обеспечению товарами народного потребления?

Ельцин Б.Н.: Я уже сказал, что с новым парламентом, новым корпусом народных депутатов России, при новом руководстве народ может дать ему кредит доверия не больше чем на два-три года. Вот на это и надо рассчитывать.

Вопрос: Мне не понятен раздел в программе о зонах свободного предпринимательства... Сколько планируете создать таких зон?

Ельцин Б.Н.: Давайте отвыкать. Поменьше планирования, побольше инициативы и власти снизу. Самая высшая власть должна быть у районного Совета, сельского, поселкового, аульного. Подлинная, настоящая власть. (Аплодисменты). А дальше они уже снизу вверх делегируют долю власти, вплоть до Съезда народных депутатов и Верховного Совета России. Не нам им планировать, пусть решают сами.

Вопрос: Ваше отношение к популизму?

Ельцин Б.Н.: Я не считаю, что это ругательное слово. По-моему, в этом слове заключается больше связи с народом, с людьми, с массами. (Аплодисменты).

Ельцин Б.Н. (из заключительного выступления): Вопрос об отделении России от Союза... Я никогда не выступал за отделение России, я за суверенитет России, за равноправие всех республик, за их самостоятельность, за то, чтобы республики были сильными и этим крепили наш Союз. Только на этой позиции и стою.

Второе. Вопрос в отношении армии. Тоже прозвучало, что вроде ее надо разделить на республиканские армии. Я с этим не выступал, я за то, чтобы армия была единая, нашего Союза, нашего государства...

Есть еще принципиальный вопрос, требующий решения. Не следует, думаю, давать власть на пять лет или, как сказано, еще на один пятилетний срок. Мне кажется, что в нынешней обстановке, с учетом разных точек зрения, нужно избрать Председателя Верховного Совета (для этого принять Съездом изменения в Конституции) на два года. Затем он должен выступить с отчетом перед Съездом народных депутатов России, и тогда тот решит: провести ротацию, повторные выборы. Я думаю, это будет объективно. Станет ясно, что же все-таки за два года Председатель смог сделать. Одновременно это может очень сильно добавить обороты будущему Председателю. У меня все. Спасибо. (Бурные аплодисменты).

Полагаю, что Ельцин искренне верил во многое из того, что говорил и обещал - что подъем не за горами, что Союз ССР не будет развален, что он сам будет регулярно отчитываться перед депутатами и если не справится, то "через два-три года уйдет" и т.д. Но напиток власти - тот же наркотик: стоит только прикоснуться и оторваться уже невозможно. А обещания? Да мало ли обещаний раздают политики, когда идут к власти!

Первое голосование закончилось неудачей - ни один кандидат не прошел. Повторное голосование - и вновь нет желаемого результата. Ельцин был избран лишь в третьем туре голосования, набрав 535 голосов (кворум для принятия решения - 531).

...Когда табло высветило результаты по постановлению об избрании (оно утверждалось открытым голосованием), раздался гром оваций и десятки телекамер, сотни глаз обратились на Ельцина. Он встал с места - две-три секунды растерянности - и, сопровождаемый аплодисментами, прошел в президиум и занял кресло председательствующего. Вот он, сладкий миг победы, преодоления еще одной ступеньки на пути к вершине высшей власти!..

Впоследствии многие из тех, кто агитировал за Ельцина или голосовал за него, раскаялись, взяли свои слова обратно. Лично я ни о чем не жалею. В обстановке надежд, ожиданий, эйфории, которая царила тогда в обществе и на съезде, победа Ельцина была предрешена. Если бы он не победил на этом съезде, победил бы на следующем. Ельцин был символом грядущих перемен, которых боялись, но и которых ждали.

За кулисами съезда

ласть трудно взять, но еще труднее не уронить. Первые же шаги Ельцина в качестве председательствующего на съезде пролились на меня холодным душем: неточные формулировки, юридические ошибки, процедурные "опечатки"... Поняв, что происходит нечто странное, я в перерыве поспешил за кулисы и обнаружил Ельцина в полном одиночестве. Опытные аппаратчики, которые готовили порядок ведения съезда - "партитуру" для Воротникова и Власова, тряслись за свою судьбу и боялись даже подойти к Ельцину. А из прежней его команды не было никого, кто мог бы квалифицированно помочь ему в новой роли.

Пришлось мне взять у одного из депутатов портативную пишущую машинку и засесть за работу. Днем я работал на съезде, вечером готовил "порядок работы" на следующий день, утром показывал его Ельцину и объяснял ему юридические процедурные тонкости.

Так я подготовил для него две или три "партитуры", а затем произошло следующее. Придя утром к Ельцину с папкой документов, я обнаружил, что он окружен плотной стеной - не пробиться. "Партитура" была уже готова - ее сделали пришедшие в чувство работники аппарата. Р.Хасбулатов в довольно грубой форме меня "отшил": "Оставьте председателя в покое. Ходят тут всякие и мешают..." Я был потрясен и очарован одновременно: "железобетон власти" схватился и затвердел буквально у меня на глазах!

Оказавшись "вне круга", я не стал вертеться на глазах у начальства, назойливо предлагать свои услуги... Не надо, так не надо, понадоблюсь - позовут. И я с головой окунулся в бурлящую напряженную политическую жизнь съезда.

Кадровый "эксперимент"

В духе новых веяний, выполняя данное депутатам обещание, Б.Ельцин решил обставить избрание своих заместителей демократически - собрал в Георгиевском зале Кремля нечто вроде "согласительной комиссии" и пообещал, что выберет своих заместителей из числа кандидатур, рекомендованных этой комиссией. Механизм демократии сработал безупречно: заместителями Ельцина оказались Светлана Петровна Горячева и Борис Михайлович Исаев - люди принципиальные, самостоятельные, не склонные смотреть в рот своему высокопоставленному "шефу".

Несмотря на чрезвычайно высокую на словах оценку результатов "согласительной комиссии", Б.Ельцин никогда более не повторял подобных экспериментов.

Декларация о суверенитете

Один из важнейших документов, принятых 1 Съездом - Декларация о государственном суверенитете РСФСР. Одни считают Декларацию первым камнем новой России, другие - видят в ней причину развала Союза ССР. И в том, и в другом есть доля истины - но только доля.

Декларация о государственном суверенитете РСФСР представляла собой итог сложного политического компромисса. С одной стороны, в нее вошли положения о суверенитете РСФСР, "добровольной" передаче вопросов в ведение Союза ССР, прямом представительстве РСФСР в других союзных республиках и зарубежных государствах, праве России на выход из состава Союза ССР.

С другой - подтверждалось стремление создать правовое государство "в составе обновленного Союза ССР", говорилось об уважении прав других республик и Союза ССР, гражданам гарантировалось сохранение союзного гражданства, прав и свобод, предусмотренных Конституцией СССР.

В целом, по своему содержанию Декларация о государственном суверенитете не шла далее заявления о намерении "быть самостоятельными и жить хорошо". За одним исключением - статьи 5, устанавливающей верховенство российских законов над общесоюзными. Для меня было ясно, что в этой статье заложена потенциальная опасность конфронтации законов, разрушения всей государственной структуры федерации. Поддержав Декларацию в целом, я по этой статье проголосовал "против". Не раз и не два мне припомнили потом это голосование: оказывается, ты вовсе не "демократ"...

...Добрыми намерениями вымощена дорога в ад. Что бы ни говорили, ни думали инициаторы принятия Декларации о государственном суверенитете РСФСР, пример России имел разрушительные последствия. Одна за другой посыпались декларации о суверенитете в союзных республиках - никто не хотел быть "менее суверенным". А затем настал черед парада суверенитетов в автономных республиках в составе РСФСР. Первая из них - Декларация о государственном суверенитете Северо-Осетинской ССР - была принята еще во время работы съезда...

Поправки к Конституции

Первой поправкой к Конституции РСФСР, принятой съездом по инициативе Б.Ельцина практически без обсуждения, было увеличение числа его заместителей с одного до четырех (из них один - первый). Эта малозначительная на первый взгляд поправка, внесенная Ельциным из соображений престижа, имела однако серьезные последствия. Устройство законодательной машины, какой является парламент, имеет строгую логику. Прежняя схема исходила из того, что основная законодательная работа будет проходить в палатах, а председатель с его замом - координировать работу палат и вести не слишком частые совместные заседания.

Принятая с ходу поправка эту схему кардинально поломала. В парламенте образовался мощный "центр" (впоследствии к нему добавился секретарь президиума Верховного Совета), который взял на себя все управление законодательным процессом. Наличие четырех заместителей надежно изолировало председателя от работы с депутатами, от необходимости вникать в законопроекты и лично вести заседания, ослабило роль палат. Все это вскоре сказалось, причем самым негативным образом.

Следующим постановлением съезд изменил редакцию статей 6 и 7 Конституции, закреплявших руководящую роль коммунистической партии. Новая редакция устанавливала, что "политические партии, профсоюзные, молодежные и другие общественные организации и массовые движения через своих представителей, избранных в Советы народных депутатов, и в других формах участвуют в выработке политики государства, в управлении государственными и общественными делами". Принятая съездом поправка обязывала все политические партии, общественные организации и массовые движения действовать в рамках Конституции и законов.

Таким образом, первый съезд сходу отменил руководящую роль коммунистической партии и установил для всех организаций принцип законности. Будущим исследователям российского парламентаризма будет трудно, наверное, понять, каким образом съезд, состоящий почти на 90 процентов из коммунистов, конституционным большинством голосов ликвидировал руководящую роль коммунистической партии. Но таковы факты. И они никак не вписываются в сформированный позже стереотип об "изначальной порочности" и "консерватизме" съезда, его противостоянии демократическим реформам.

На съезде обсуждалась, но так и не была принята поправка о реформе постоянно действующего представительного органа власти - Верховного Совета. Докладывал этот вопрос я. К сожалению, "демократически" настроенная часть зала перевела его в плоскость политической конфронтации, использовала для сведения счетов с политическими противниками. Некоторые депутаты настаивали на совершенно нереалистичной идее преобразования всего съезда в Верховный Совет. Не сумев договориться между собой, "демократы" проиграли - ни одна из поправок не прошла. Съезд ограничился тем, что снял требование о "паритетных началах" формирования комиссий и комитетов, которое практически парализовало избрание этих рабочих органов Верховного Совета. В Конституции было закреплено, что отныне комитеты и комиссии формируются палатами на "совместных началах".

Торжество популизма

Документы съезда хранят решения, которые сегодня перечитываешь с чувством стыда и удивления. Одно из них - постановление о ликвидации госприемки. Никогда не был в восторге от этого горбачевского изобретения - слабой и некомпетентной попытки решить проблемы качества продукции в русле административно-командных методов: потребитель - вот самая лучшая "госприемка". И тем не менее поспешная ликвидация госприемки без создания основ рыночной экономики, без принятия закона о правах потребителя, была, я считаю, ошибкой.

Еще больший урон нанесла одномоментная ликвидация органов народного контроля. Не стану спорить, в их деятельности было немало недостатков - формализм, заорганизованность, излишняя политизированность. Но ведь были и положительные стороны. Разрушение органов народного контроля лишило государство одного из инструментов управления, ослабило и без того не слишком высокую в нашем обществе правовую защищенность граждан.

Сегодня при Федеральном Собрании образована Счетная палата, в составе президентской администрации создан институт президентского контроля. В итоге, система органов контроля стала и масштабнее, и многочисленней, и дороже. Сакраментальный вопрос: надо ли было разрушать "до основанья", чтобы затем с воем, проклятиями и скрежетом зубовным воссоздавать все заново?

Декрет о власти

Политические цели "демократической" оппозиции были с наибольшей полнотой и открытостью выражены в документе, внесенном на съезд группой ленинградских депутатов - В.Варовым, В. Дмитриевым, И.Константиновым. В первых его строках провозглашалось: "Настоящим декретом Съезд народных депутатов РСФСР заявляет о взятии всей полноты государственной власти на территории РСФСР".

Взятии - у кого? У кого может взять власть Съезд, являющийся по Конституции высшим органом государственной власти? Очевидно - у коммунистической партии и союзного руководства.

Естественно, что вокруг этого документа заварилась крутая политическая интрига. У меня в архиве сохранились около десятка альтернативных вариантов "Декрета о власти", внесенных различными депутатами и депутатскими группами, множество поправок к ним. Из них видно, что первоначальный проект постепенно эволюционировал в сторону кодекса абстрактных общедемократических призывов и лозунгов: "власть осуществляется народом", "совмещение государственных и партийных постов не допускается", "запрещается бюджетное финансирование деятельности политических организаций и партий" и так далее. Но и в этом явно выхолощенном виде "Декрет о власти" сохранял конфронтационный дух, наводил на мысль об "антисоветском и антикоммунистическом перевороте". После многочисленных голосований проект был принят съездом лишь за основу для дальнейшей работы.

Б.Ельцин "Декрет о власти" поддержал, но особенно его не педалировал. Как более опытный политик, он понимал, что преждевременно "прокукарекать" о взятии власти - не поможет, а скорее помешает взять ее реально.

Несмотря на поручение съезда Конституционной комиссии, "Декрет о власти" так и не был принят в окончательной редакции. Жизнь его обогнала. Провозглашенные в нем задачи и цели были фактически реализованы в ходе августовского (1991 года) и октябрьского (1993 года) государственных переворотов.

Постановление о разграничении функций

Съезд шел к концу. В один из последних дней меня вновь позвал Ельцин и вручил несколько густо исписанных листков: "Вот, написал ночью. Надо успеть принять." Это был написанный лично им проект постановления "О разграничении функций управления организациями на территории РСФСР". С трудом разбирая ломаный ельцинский почерк, я переписал проект на машинке, исправив в нем неточности терминологии и явные погрешности стиля.

С первого взгляда было видно, что проект носил конфронтационный характер. Совет Министров РСФСР выводился из подчинения Союзного правительства и передавался в ведение Съезда народных депутатов и Верховного Совета РСФСР. Тем самым рушилась единая вертикаль исполнительной власти. В юрисдикции Союза ССР оставлялись лишь девять министерств и ведомств - все остальные переводились в ведение России. МВД РСФСР переподчинялся Совету Министров РСФСР. Учреждались российская банковская и таможенная системы. Совету Министров РСФСР предлагалось заключить прямые договоры с союзными республиками и иностранными государствами, оформить в договорном порядке с Правительством СССР отношения по управлению союзной собственностью и осуществлению функций союзных ведомств на территории РСФСР... По существу это был ультиматум союзному руководству, неприкрытое требование о переделе экономической и политической власти.

Куда ведет этот шаг? Я подавил нахлынувшие сомнения: "Река сносит. Для того чтобы достичь цели, надо править выше." Да и подзаголовок постановления - "Основа нового Союзного договора" - успокаивал, намекал, что объявленные в нем цели будут достигаться мирным путем, через диалог, а не через войну и конфронтацию.

Постановление было вынесено на голосование в последний день работы, когда изнывающие на чемоданах депутаты мечтали только об одном - чтобы этот бесконечный съезд когда-нибудь закончился. Проголосовали сходу, без обсуждения. Уставшие от заседаний депутаты поверили на слово: все будет нормально.

Предчувствие беды

Пока в Большом Кремлевском Дворце кипели страсти - депутаты спорили, голосовали, вносили и отвергали поправки, давали интервью, выступали по телевидению, переводили дух в буфетах и вновь возвращались в зал, жизнь огромной страны шла своим чередом. Как раз в дни работы съезда праздновалось 85-летие со дня рождения М.А.Шолохова. Выступая на вечере в Большом театре СССР, выдающийся российский прозаик Анатолий Калинин, признанный наследник шолоховского таланта, сказал в украшенный золотом и алым бархатом зал:

"Родина моя, что же это творится с тобой и со мной? Ибо над Родиной Григория Мелехова и его творца, к подножью которого принесли мы цветы своей любви и благодарности, нависла сегодня угроза и опасность самому существованию ее как единого могучего государства.

Я не только о России говорю, которая является матерью Шолохова, но и о всем нашем многонациональном Союзе, сыном которого он всегда себя считал и оставался преданным ему до последнего часа жизни. Однако, конечно, в первую очередь о России - и потому что без нее невозможно представить себе наш Союз, и потому что тот праздник души, который объединил нас сегодня под сводами Большого театра, знаменательно совпал с теми днями и часами, когда под другими державными сводами решается сама судьба Российского государства. Судьба потомков Мелеховых, которые в таких муках и страданиях, наперекор ввергнувшим их в обман и братоубийственную войну силам, вырвались из замкнутого круга к свободному труду на свободной земле, к любви и всеобщему братству.

Неужели же и теперь, уже в наши дни, они поддадутся обману тех, кто отлучая их от коммунистов, готов уже объявить вне закона и всю партию, без которой неминуемо развалятся, распадутся на кровоточащие куски и вся Россия, и весь наш Союз народов? Понимают ли это те, кто, поднимаясь на самую высокую трибуну Родины и призывая к национальному согласию, обрекает провозглашаемую ими суверенность России на самоизоляцию от братских народов?

Не представляю себе, что у нее, даже самой великой и могущественной, не может быть в наше время суверенности вне незыблемой и выстраданной столетиями суверенности границ всего нашего Союза. Иначе и Россию, и все наше союзное единство немедленно разбазарят, разворуют и растащат, опять ввергнув, но теперь уже потомков Мелеховых, в кровавую междоусобицу, в братоубийственную войну..."

Многие ли были способны осознать так ясно угрозу, которую уже почуяло, обливаясь слезами и кровью, чуткое писательское сердце?

16 мая - 22 июня 1990 года
http://new.hse.ru/sites/tp/isakov
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован